О Сухмантие Дихмантьевиче

У ласкова у князя у Владимира
Было пированьице-почестен пир
На многих князей, на бояр,
На Русских могучих богатырей
И на всю паленицу [1] удалую.

Красное солнышко на вечере,
Почестный пир идет на веселе;
Все на пиру пьяны-веселы,
Все на пиру порасхвастались:
Глупый хвастает молодой женой,
Безумный хвастает золотой казной.
А умный хвастает старой матерью,
Сильный хвастает своей силою,
Силою, ухваткой богатырскою.
За тем за столом за дубовыим
Сидит богатырь Сухмантий Одихмантьевич:
Ничем-то он, молодец, не хвастает.
Солнышко Владимир стольно-Киевский
По гридне столовой похаживает,
Желтыми кудерками потряхивает,
Сам говорит таковы слова:
« Ай же ты, Сухмантий Одихмантьевич!
« Что̀ же ты ничем не хвастаешь,
« Не ешь, не пьешь и не кушаешь,
« Белые лебеди не рушаешь?
« Али чара ти шла не рядобная [2],
« Или место было не по отчине,
« Али пьяница надсмеялся ти? »

Воспроговорит Сухман Одихмантьевичь:
— Солнышко Владимир стольно-Киевский!
— Чара-то мне-ка шла рядобная,
— А и место было по отчине,
— Да и пьяница не надсмеялся мне.
— Похвастать не похвастать добру молодцу:
— Привезу тебе лебедь белую,
— Белу лебедь живьем в руках,
— Не ранену лебедку, не кровавлену.—

Тогда Сухмантий Одихмантьевич
Скоро вставает на резвы ноги,
Приходит из гридни из столовой
Во тую конюшенку стоялую,
Седлает он своего добра коня,
Взимает палицу воинскую,
Взимает для пути для дороженьки
Одно свое ножище-кинжалище,
Садился Сухмантий на добра коня,
Уезжал Сухмантий ко синю морю,
Ко той ко тихой ко заводи.
Как приехал ко первой тихой заводи,
Не плавают ни гуси, ни лебеди,
Ни серые малые утеныши.
Ехал ко другой ко тихой ко заводи:
У той у тихой у заводи
Не плавают ни гуси, ни лебеди,
Ни серые малые утеныши.
Ехал ко третьей ко тихой ко заводи:
У той у тихой у заводи
Не плавают ни гуси, ни лебеди,
Ни серые малые утеныши.

Тут-то Сухмантий пораздумался:
— Как поехать мне ко славному городу ко Киеву,
— Ко ласкову ко князю ко Владимиру,
— Поехать мне,–живу не бывать:
— А поеду я ко матушке Непре [3] реке!—

Приезжает ко матушке Непре реке:
Матушка Непра река текет не по старому,
Не по старому текет, не по прежнему,
А вода с песком помутилася.
Стал Сухмантьюшка выспрашивать:
— Что̀ же ты, матушка Непра река,
— Что̀ же ты текешь не по старому,
— Не по старому текешь, не по прежнему,
— А вода с песком помутилася?—
Испроговорит матушка Непра река:
« Как же мне течь было по старому,
« По старому течь, по прежнему,
« Как за мной за матушкой Непрой рекой
« Стоит сила Татарская неверная,
« Сорок тысячей Татаровей поганыих?
« Мостят они мосты калиновы;
« Днем мостят, а ночью я повырою:
« Из сил матушка Непра река повыбилась. »
Раздумался Сухмантий Одихмантьевичь:
— Не честь-хвала мне молодецкая
— Не отведать силы Татарской,
— Татарской силы, неверной.—
Направил своего добра коня
Через ту матушку Непру реку:
Его добрый конь перескочил.
Приезжает Сухмантий ко сыру дубу, -
Ко сыру дубу крякновистому,
Выдергивал дуб со кореньями.

За вершинку брал, а с комля [4] сок бежал.
И поехал Сухмантьюшка с дубиночкой,
Напустил он своего добра коня
На ту ли на силу на Татарскую,
И начал он дубиночкой помахивати,
Начал Татар покалачивати;
Махнет Сухмантьюшка,–улица,
Отмахнет назад.–промежуточек,
И вперед просунет,–переулочек:
Убил он всех Татар поганых.
Бежало три Татарина поганых,
Бежали ко матушке Непры реке,
Садились под кусточки под ракитовы,
Направили стрелочки каленые.
Приехал Сухмантий Одихмантьевичь
Ко той ко матушке Непре реке,—
Пустили три Татарина поганых
Те стрелочки каленые
Во его в бока во белые:
Тут Сухмантий Одихмантьевичь
Стрелочки каленые выдергивал,
Сорвал в раны кровавые листочики маковы.
А трех Татаровей поганыих
Убил своим ножищем-кинжалищем.

Садился Сухмантий на добра коня,
Припустил ко матушке Непре реке,
Приезжал ко городу ко Киеву.
Ко тому двору княженецкому.
Привязал коня ко столбу ко точеному,
Ко тому кольцу ко золоченому,
Сам бежал во гридню во столовую.
Князь Владимир стольно-Киевский
По гридне столовые похаживает,
Желтыми кудерками потряхивает,
Сам говорит таковы слова:
« Ай же ты, Сухмантий Одихмантьевич!
« Привез ли ты мне лебедь белую,
« Белу лебедь живьем в руках,
« Не ранену лебедку, не кровавлену? »
Говорит Сухмантий Одихмантьевичь:
— Солнышко, князь стольно-Киевский!
— Мне, мол, было не до лебедушки;
— А за той за матушкой Непрой рекой
— Стояла сила Татарская неверная,
— Сорок тысячей Татаровей поганых:
— Шла же эта сила во Киев град,
— Мостила мосточки калиновы:
— Они днем мосты мостят,
— А матушка Непра река ночью повыроет;
— Напустил я своего добра коня
— На ту на силу на Татарскую,
— Побил всех Татар поганых.—
Солнышко Владимир стольно-Киевский
Приказал своим слугам верным
Взять Сухмантья за белы руки,
Посадить молодца в глубок погреб;
А послать Добрынюшку Никитинца
За ту за матушку Непру реку
Проведать заработки Сухмантьевы.
Седлал Добрыня добра коня
И поехал молодец во чисто поле,
Приезжает ко матушке Непре реке
И видит Добрынюшка Никитинец:
Побита сила Татарская;
И видит дубиночку-вязиночку,
У той реки розбитую на лозиночки.
Привозит дубиночку в Киев-град
Ко ласкову князю ко Владимиру,

Сам говорит таково слово:
— Правдой хвастал Сухман Одихмантьевич:
— За той за матушкой Непрой рекой
— Есть сила Татарская побитая,
— Сорок тысячей Татаровей поганых:
— И привез я дубиночку Сухмантьеву,
— На лозиночки дубиночка облочкана [5],
— Потянула дубина девяноста пуд.
Говорил Владимир стольно-Киевский
« Ай же, слуги мои верные!
« Скоро идите в глубок погреб,
« Взимайте Сухмантия Одихмантьевича,
« Приводите ко мне на ясны очи:
« Буду его молодца жаловать-миловать,
« За его услугу за великую,
« Городами его с пригородками,
« Али селами со приселками,
« Аль бессчетной золотой казной до̀ люби. »
Приходят его слуги верные
Ко тому ко погребу глубокому.
Сами говорят таковы слова:
« Ай же ты, Сухмантий Одихмантьевичь!
« Выходи со погреба глубокого:
« Хочет тебя солнышко жаловать,
« Хочет тебя солнышко миловать
« За твою услугу великую. »

Выходил Сухмантий с погреба глубокого,
Выходил на далече-далече, чисто поле,
И говорил молодец таковы слова:
«Не умел меня солнышко миловать,
« Не умел меня солнышко жаловать;
« А теперь не видать меня во ясны очи! »
Выдергивал листочики маковые
Со тех с ран со кровавых,
Сам Сухмантий приговаривал:
« Потеки Сухман-река
« От моей от крови от горючей,
« От горючей крови от напрасной! »
( Записано от того же ).

 
Примечания

    ↑ Паленица, поленица, поляница: удалая голова, что рыскает по полю ради подвигов.— Изд.
    ↑ Не по ряду. — Изд.
    ↑ Днепр; д не произносится.
    ↑ Комель-корень.—Изд.
    ↑ Расщеплена, оббита. — Изд.